![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Дайрики упали, так что выкладываю сюда
Итак, я пообещала, что напишу о читательской реакции НПЧей, когда соберусь с силами. Се, выполняю.
Личные встречи с НПЧами и рассматривание фотографий с Осеннего бала утвердили меня в мысли, что с точки зрения половозрастной что ПЧи, что НПЧи переставляют собой один срез: 85% из них женщины, средний возраст которых составляет примерно 35 лет (при разбросе от 20 до 65).
То есть, за редкими исключениями средняя читательница Камши - это женщина, чуть помладше самой Камши, примерно того же социального слоя, который охвачен расплывчатым термином "интеллигенция". Неважно, принимают это термин все или только некоторые - важно, что большинство из нас зарабатывает на жизнь скорее умом, нежели физическими усилиями: журналистика, образование, медицина, работа в управленческих структурах частных или государственных предприятий.
Что это значит для нас? Главным образом - что большинство из нас помнит СССР и провело в нем свои лучшие годы. Субъективно лучшие - мы были юны, здоровы и если не красивы, то хотя бы привлекательны, как все юные и здоровые. Но зато нам мозгов не хватало, чтобы как следует осмыслить ситуацию в стране. Теперь нам хватает мозгов, но не хватает энергии, чтоб что-то сделать со своей жизнью.
К чему это я? К тому, что тема Излома, явленные в романе типажи - все это нам близко. Йуноша, обдумывающий житье и разрывающийся междусоветскими патриархальными ценностями и прагматической столичной моралью, тётка, продолбавшая молодость и вздыхающая о любви персидского консула шада, циничный церковник, торгующий сигаретами и водкой государственными должностями и т. д. - они все тут, все рядом.
И на итоговый вопрос "Почему мы стали читателями Камши" ответ таков: потому что проблематика ОЭ нам близка, и взгляд на эту проблематику - женский взгляд, прямо скажем - нам близок тоже.
А вот водораздел между правильными и неправильными читателями пролегает в зависимости от отношения к этой проблематике.
Первые три тома, похоже, любимы всеми НПЧами, в ом числе еще и потому, что проблематика автором уже была очерчена, но авторские ответы на поднятые вопросы либо еще не были даны (слава Аллаху), либо (слава Ему же) подавались в таком виде, что отнестись к ним серьезно никак не было возможно (скажем, авторский рецепт решения кавказских проблем России).
Раскол на ПЧей и НПЧейначался примерно с ЗИ, когда часть читателей поняла, что ЭТО ОНА ВСЕРЬЕЗ, и схватилась за голову.
Она всерьез думает, что победы _можно_ делать "из козьего дерьма и утопленных младенцев".
Она всерьез полагает, что человек, спланировавший Октавианскую Ночь - великий гос. деятель.
Она всерьез считает, что вот это вот, которое у Робера выступает основным модулятором поведения - и есть СОВЕСТЬ.
И так далее.
Дальнейшее пожирание кактуса НПЧами - это просто коллекционирование лулзов на тему авторских ответов на проблемные вопросы. А вот как автор представляет себе самоотверженность (Алва - Фердинанд). А вот как он воображает себе патриотизм (доблестное талигское офицерство, весело отступающее из столицы под развернутыми флагами). А вот это вот, по его мнению, благородство (поведение Алвы по отношению к предательнице Эмильенне). Ух ты.
Но это еще не все. Я не буду отрицать, что в нашем лулзособирательстве есть и нечто мазохистское. И я даже наберусь смелости и скажу, что именно: мы собираем эти лулзы, и при этом кто сознательно, а кто подсознательно отдаем себе отчет в том, что вокруг нас полно людей, отвечающих на те же вопросы так, как отвечает на них автор. Для них верность своему слову - это умение соблюсти его по форме и всех объегорить по сути. Для них манипуляция - нормальная и даже единственно возможная линия поведения. Для них совесть - это умение красиво терзаться в первую очередь, и лишь во вторую - направленность воли на порядочное поведение. Для них женское счастье - это найти "борова" и с протестующим (формально) визгом ему покориться.
И поступая так, как им разрешает и велит их поведенческая норма, они серьезно отравляют нам жизнь - и непосредственно, буде таких заносит в наше окружение, и попросту портя температуру "в среднем по палате". Мы не всегда можем высказать этим людям свое "фе" непосредственно - во-первых, бывает, что мы от них зависим, а во-вторых, они не всегда декларируют свои взгляды прямо. Но опупея Камши срабатывает в этом смысле как лакмусовая бумажка: они становятся видны, они либо горячо высказывают автору свои одобрямсы, либо плюсадынствуют чужим горячо высказанным одобрямсам. И мы вроде как можем возразить этим взглядам - не дразня при этом гусей своего непосредственного окружения.
Я не то чтобы хочу сказать, что НПЧи сплошь ангелы с крылышками - но именно в среде НПЧей совершенно не празднуют лицемеров, конформистов и сторонников людоедских идей типа "человек - ничто, государство - все", а вот среди ПЧей первых и третьих привечают охотно, а конформисты так и вовсе составляют простое большинство. Автор сказал "это совесть" - значит, совесть. Автор сказал "щастье" - значит, щастье и не дай Бог.
Всем спасибо. Если кто хочет возразить - уелкам.
Личные встречи с НПЧами и рассматривание фотографий с Осеннего бала утвердили меня в мысли, что с точки зрения половозрастной что ПЧи, что НПЧи переставляют собой один срез: 85% из них женщины, средний возраст которых составляет примерно 35 лет (при разбросе от 20 до 65).
То есть, за редкими исключениями средняя читательница Камши - это женщина, чуть помладше самой Камши, примерно того же социального слоя, который охвачен расплывчатым термином "интеллигенция". Неважно, принимают это термин все или только некоторые - важно, что большинство из нас зарабатывает на жизнь скорее умом, нежели физическими усилиями: журналистика, образование, медицина, работа в управленческих структурах частных или государственных предприятий.
Что это значит для нас? Главным образом - что большинство из нас помнит СССР и провело в нем свои лучшие годы. Субъективно лучшие - мы были юны, здоровы и если не красивы, то хотя бы привлекательны, как все юные и здоровые. Но зато нам мозгов не хватало, чтобы как следует осмыслить ситуацию в стране. Теперь нам хватает мозгов, но не хватает энергии, чтоб что-то сделать со своей жизнью.
К чему это я? К тому, что тема Излома, явленные в романе типажи - все это нам близко. Йуноша, обдумывающий житье и разрывающийся между
И на итоговый вопрос "Почему мы стали читателями Камши" ответ таков: потому что проблематика ОЭ нам близка, и взгляд на эту проблематику - женский взгляд, прямо скажем - нам близок тоже.
А вот водораздел между правильными и неправильными читателями пролегает в зависимости от отношения к этой проблематике.
Первые три тома, похоже, любимы всеми НПЧами, в ом числе еще и потому, что проблематика автором уже была очерчена, но авторские ответы на поднятые вопросы либо еще не были даны (слава Аллаху), либо (слава Ему же) подавались в таком виде, что отнестись к ним серьезно никак не было возможно (скажем, авторский рецепт решения кавказских проблем России).
Раскол на ПЧей и НПЧейначался примерно с ЗИ, когда часть читателей поняла, что ЭТО ОНА ВСЕРЬЕЗ, и схватилась за голову.
Она всерьез думает, что победы _можно_ делать "из козьего дерьма и утопленных младенцев".
Она всерьез полагает, что человек, спланировавший Октавианскую Ночь - великий гос. деятель.
Она всерьез считает, что вот это вот, которое у Робера выступает основным модулятором поведения - и есть СОВЕСТЬ.
И так далее.
Дальнейшее пожирание кактуса НПЧами - это просто коллекционирование лулзов на тему авторских ответов на проблемные вопросы. А вот как автор представляет себе самоотверженность (Алва - Фердинанд). А вот как он воображает себе патриотизм (доблестное талигское офицерство, весело отступающее из столицы под развернутыми флагами). А вот это вот, по его мнению, благородство (поведение Алвы по отношению к предательнице Эмильенне). Ух ты.
Но это еще не все. Я не буду отрицать, что в нашем лулзособирательстве есть и нечто мазохистское. И я даже наберусь смелости и скажу, что именно: мы собираем эти лулзы, и при этом кто сознательно, а кто подсознательно отдаем себе отчет в том, что вокруг нас полно людей, отвечающих на те же вопросы так, как отвечает на них автор. Для них верность своему слову - это умение соблюсти его по форме и всех объегорить по сути. Для них манипуляция - нормальная и даже единственно возможная линия поведения. Для них совесть - это умение красиво терзаться в первую очередь, и лишь во вторую - направленность воли на порядочное поведение. Для них женское счастье - это найти "борова" и с протестующим (формально) визгом ему покориться.
И поступая так, как им разрешает и велит их поведенческая норма, они серьезно отравляют нам жизнь - и непосредственно, буде таких заносит в наше окружение, и попросту портя температуру "в среднем по палате". Мы не всегда можем высказать этим людям свое "фе" непосредственно - во-первых, бывает, что мы от них зависим, а во-вторых, они не всегда декларируют свои взгляды прямо. Но опупея Камши срабатывает в этом смысле как лакмусовая бумажка: они становятся видны, они либо горячо высказывают автору свои одобрямсы, либо плюсадынствуют чужим горячо высказанным одобрямсам. И мы вроде как можем возразить этим взглядам - не дразня при этом гусей своего непосредственного окружения.
Я не то чтобы хочу сказать, что НПЧи сплошь ангелы с крылышками - но именно в среде НПЧей совершенно не празднуют лицемеров, конформистов и сторонников людоедских идей типа "человек - ничто, государство - все", а вот среди ПЧей первых и третьих привечают охотно, а конформисты так и вовсе составляют простое большинство. Автор сказал "это совесть" - значит, совесть. Автор сказал "щастье" - значит, щастье и не дай Бог.
Всем спасибо. Если кто хочет возразить - уелкам.
no subject
no subject
Простите великодушно
no subject
no subject
Я последнее вышедшее на моей памяти даже не покупала - ограничилась пиратской версией. Шобы суть ухватить.
no subject
no subject
no subject
Причем Вера Викторовна объявила,что теперь она пишет с Перумовым какую-то "Млаву", так что хрен всем, а не конец книги.
Re: Простите великодушно
Нагрянувший издательский кризис я перенесу легче, нежели она.
no subject
Потому что свернуть эту сагу хоть как-то было нереально
Под конец это уже недокафка какой-то был с посмертными приключениями.
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
Он - тоже не фонтан, но столько времени и внимания уделять такой откровенной пурге - и это с твоим умом и эрудицией!!!...
no subject
Я с удовольствием прочитал первые пару книг. Вау, фэнтези, где такие реалистичные герои, где так прописаны мир, экономика, политика, военное дело! Наш ответ Сапковскому! Первые звоночки прозвучали на кагетском походе Алвы - автор так явно играла краплёной колодой за глав. героя, что становилось просто неловко.
А дальше всё потекло по накатанной - Алва, Алва, Алва, герой влюблён в Алву, потому что молодец, герой ненавидит Алву, потому что подлец, Алва, Алва, Алва и т.д. Стало откровенно скучно и я это бесконечную нудятину бросил.
И да, я думаю, что Лапочка всё-таки точнее провела разделительную черту. Разница между ПЧ и НПЧ - в отношении к Алве и Окделлу. Позиция у меня, понятно, противоположная её, но вот само это разделение я считаю глубоко верным.
no subject
no subject
no subject
гы
:))))))))
no subject
no subject
Потому что у Джордана, при всех его, -- изумительно проработанный и продуманный мир (где нет тысяч пушек при отсутствии металлургии и линеалы не прячутся десятками в незаметной бухте) и живые персонажи.
И когда он выбрался из промежуточного болота -- увы, накануне смерти -- у него получились классные книги. И первые были классные. И Брайан хорошо закончит, я верю -- но пишет он по наработкам автора.
А Камшу я в страшном сне не поставлю рядом с Джорданом.
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
Впрочем, я привередливая. Мне тут еще одну книжку рекомендовали как классную - меня хватило страницы на полторы, хотя и историческая, и вроже живенькая... Фальшивые елочные игрушки...
no subject
no subject