![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Шерлок и Сагайдачный в одном флаконе
порождают убийственное сочетание.
Как я уже сказала, книжка про Сагайдачного, которую я редактирую - полное УГ. Причем после того, как автор облажался с двумя датами, я перепроверяю все в Интернете. Вследствие чего мое представление о гетмане сагайдачном становится все более и более объемным.
Вкупе с изготовением субов к "Шерлоку" - что подразумевает тщательный пересмотр - у меня получился результат как у монаха Бертольда Шварца, который толок в ступке серу с селитрой и нечаянно изобрел мортиру.
То есть, получилось БУМ!!!
Поясняю, в чем БУМ. О Сагайдачном до сих пор писали как о ловком политике и умелом вояке. Но такой аспект, как его ранняя карьера на Сечи, практически не был затонут - то есть, был, но только в худ. литре и в самом романтическом ключе.
А между тем, если отбросить всю романтическую чешую, о Сагайдачном известно следующее:
1. На Сечь он попал будучи примерно 27-28 лет от роду, и было это не раньше 1596 года - потому что свой труд "Пояснения об Унии" он написал и опубликовал никак не раньше самой Унии, то есть 1596 года.
2. Таким образом, дата избрания его гетьманом, названная Г. Кониським - 1598 год - совершенно нереальна. Так быстро карьеру не делали даже на Сечи.
3. Особенно удивительно то, что до своего появления на Сечи Сагайдачный занимался исключительно мирными делами - как-то, был домашним учителем в семье киевского судьи Яна Аксака. Никаких сведений о том, что Сагайдачный получил какое-то военное образование и владел какими-то боевыми искусствами НЕТ.
4. Тем не менее известно точно что к 1605 году Сагайдачный становится генеральным обозным. Для тех, кто не в курсе: генеральный обозный был начальником артиллерийской части на Сечи, а также занимался таким сложным и для кого-то скучным, но необходимым в войне делом, как логистика.
5. Итак, перед нами уже не такая неправдоподобная, как у Кониського, но достаточно головокружительная карьера: 27-летний выпускник Острожской академии, вчерашний учитель, приходит на Сечь - и к 35 годам он уже заведует всей артиллерийской частью и логистикой, а в 1606 объявляет себя гетманом.
Какими же знаниями и умениями нужно обладать, чтобы вырасти за семь лет до генерального обозного, а за восемь - до гетмана?
Все романисты напирают на романтику - отвагу Сагайдачного и воинские доблести. Но артиллерия и логистика требуют не столько воинских доблестей, сколько холодного расчета и умения орудовать, как теперь говорят, большими массивами данных.
Так вот, по поводу чего БУМ. Сдается мне, господа и дамы, что на Сечь Петр Сагайдачный пришел уже с необходимым пакетом знаний. В Острожской академии ученики имели широкий доступ к книгами по математике и механике на латыни и греческом языках. Я не удивлюсь, если юный Сагайдачный изучал труды Тартальи, Кардано и дель Ферро. Я не удивлюсь, если он и с работами Галилея познакомился уже в более поздние годы - или тогда же в академии. Например, Никифор Парасхес, который преподавал в Остроге, до того десять лет преподавал в Падуе и мог там с Галилеем пересечься. С чтением новейшей литературы по математике и механике у Сагайдачного не могло быть проблем: он превосходно знал латынь.
Военные операции Сагайдачного всегда отличались хорошим планированием, тщательной инженерной подготовкой, хитростью и... продуманной жестокостью. Политические игры, в которые он играл, поражают такой же продуманностью, умением просчитывать все на три хода вперед и... полным отсутствием совести.
Таким образом, в противовес сусальной иконе защитника православия (хорош защитник, чью книгу об Унии Сапега нахваливал Кунцевичу!) и народному лубку отважного рыцаря, "необачно" выменявшего жену на табак и трубку, у меня вырисовывется... да-да-да, человек, который в жизни руководствовался только личными амбициями и математическим расчетом. Человек, разглядевший в полураздавленном запорожском братстве исток мощной военной и политической силы, лично взявший эту руину в руки и превративший ее в политический рычаг, которым он легко играл и с Москвой, и с Варшавой.
Украинский Чжугэ Лян.
Как я уже сказала, книжка про Сагайдачного, которую я редактирую - полное УГ. Причем после того, как автор облажался с двумя датами, я перепроверяю все в Интернете. Вследствие чего мое представление о гетмане сагайдачном становится все более и более объемным.
Вкупе с изготовением субов к "Шерлоку" - что подразумевает тщательный пересмотр - у меня получился результат как у монаха Бертольда Шварца, который толок в ступке серу с селитрой и нечаянно изобрел мортиру.
То есть, получилось БУМ!!!
Поясняю, в чем БУМ. О Сагайдачном до сих пор писали как о ловком политике и умелом вояке. Но такой аспект, как его ранняя карьера на Сечи, практически не был затонут - то есть, был, но только в худ. литре и в самом романтическом ключе.
А между тем, если отбросить всю романтическую чешую, о Сагайдачном известно следующее:
1. На Сечь он попал будучи примерно 27-28 лет от роду, и было это не раньше 1596 года - потому что свой труд "Пояснения об Унии" он написал и опубликовал никак не раньше самой Унии, то есть 1596 года.
2. Таким образом, дата избрания его гетьманом, названная Г. Кониським - 1598 год - совершенно нереальна. Так быстро карьеру не делали даже на Сечи.
3. Особенно удивительно то, что до своего появления на Сечи Сагайдачный занимался исключительно мирными делами - как-то, был домашним учителем в семье киевского судьи Яна Аксака. Никаких сведений о том, что Сагайдачный получил какое-то военное образование и владел какими-то боевыми искусствами НЕТ.
4. Тем не менее известно точно что к 1605 году Сагайдачный становится генеральным обозным. Для тех, кто не в курсе: генеральный обозный был начальником артиллерийской части на Сечи, а также занимался таким сложным и для кого-то скучным, но необходимым в войне делом, как логистика.
5. Итак, перед нами уже не такая неправдоподобная, как у Кониського, но достаточно головокружительная карьера: 27-летний выпускник Острожской академии, вчерашний учитель, приходит на Сечь - и к 35 годам он уже заведует всей артиллерийской частью и логистикой, а в 1606 объявляет себя гетманом.
Какими же знаниями и умениями нужно обладать, чтобы вырасти за семь лет до генерального обозного, а за восемь - до гетмана?
Все романисты напирают на романтику - отвагу Сагайдачного и воинские доблести. Но артиллерия и логистика требуют не столько воинских доблестей, сколько холодного расчета и умения орудовать, как теперь говорят, большими массивами данных.
Так вот, по поводу чего БУМ. Сдается мне, господа и дамы, что на Сечь Петр Сагайдачный пришел уже с необходимым пакетом знаний. В Острожской академии ученики имели широкий доступ к книгами по математике и механике на латыни и греческом языках. Я не удивлюсь, если юный Сагайдачный изучал труды Тартальи, Кардано и дель Ферро. Я не удивлюсь, если он и с работами Галилея познакомился уже в более поздние годы - или тогда же в академии. Например, Никифор Парасхес, который преподавал в Остроге, до того десять лет преподавал в Падуе и мог там с Галилеем пересечься. С чтением новейшей литературы по математике и механике у Сагайдачного не могло быть проблем: он превосходно знал латынь.
Военные операции Сагайдачного всегда отличались хорошим планированием, тщательной инженерной подготовкой, хитростью и... продуманной жестокостью. Политические игры, в которые он играл, поражают такой же продуманностью, умением просчитывать все на три хода вперед и... полным отсутствием совести.
Таким образом, в противовес сусальной иконе защитника православия (хорош защитник, чью книгу об Унии Сапега нахваливал Кунцевичу!) и народному лубку отважного рыцаря, "необачно" выменявшего жену на табак и трубку, у меня вырисовывется... да-да-да, человек, который в жизни руководствовался только личными амбициями и математическим расчетом. Человек, разглядевший в полураздавленном запорожском братстве исток мощной военной и политической силы, лично взявший эту руину в руки и превративший ее в политический рычаг, которым он легко играл и с Москвой, и с Варшавой.
Украинский Чжугэ Лян.
no subject
no subject
остается добавить, что по тем временам, широко, ярко и продумано демонстрируемая личная храбрость и удаль - универсальный способ добиться популярности у местного вооруженного контингента
no subject
А не могло в нього знайтися року-два для Падуї чи Болоньї? В його часи освіта без такої подорожі не вважалася закінченою.
no subject
no subject
no subject
no subject
Власне, саме такого Сагайдачного як "національного героя" й треба зараз популяризовати. Бо для державотворення такі герої корисніші.
no subject
И вот это бы написать!!!
no subject
no subject
no subject
До Сагайдачного гетьманов (слово заимствовали у поляков) избирали, как правило, на время и под какую-то конкретную военную задачу. Во время пребывания Сагайдачного на Сечи сменилось несколько гктманов:
Василевич Гнат 1596—1597
Тихон Байбуза 1597
Полоус Федор 1598
Скалозуб Семен 1599
Кошка, Самуил 1600—1602
Неродич-Бородавка Яков Адамович — 1618—1621
Сагайдачный Пётр Кононович 1606—1620
Собственно, так Сагайдачный стал гетманом первый раз - его выбрали для похода на турок. А гетманом Украины он объявил себя сам в расчете на то, что Корона подтвердит его полномочия. С этим вышел облом, но влияние Сагайдачного в Украине было на тот момент уже так велико, что оспорить эту заявку никто не мог вплоть до смерти Сагайдачного.
То есть, образ "классического вожда" как бы распадается на две части - до Сагайдачного, когда гетман избирается на время и под конкретную задачу, и после Сагайдачного, когда гетман - влиятельный политический деятель, избирается пожизненно и защищает (по возможности) корпоративные интересы казачества.
no subject
Желаю вам счастья.
no subject
Серко для своего времени - "уходящая натура". То есть, я думаю, он более-менее сознательно создавал себе "имидж" запорожского атамана "старой закалки", за счет чего выигрышно смотрелся на фоне людей новой формации.
До Сагайдачного складывался один тип запорожского атамана - ему более-менее соответствуют Байбуза, Полоус, Кошка, Неродич-Бородавка. Это - воспетый в песнях запорожец, который всю жизнь проводит в боях и походах, о завтрашнем дне совсем не думает, презирает домашний уют, не дорожит ни своей, ни чужой жизнью, словом, Тарас Бульба. Этот тип вошел в фольклор - но фольклор начал складываться уже в пост-хмельницкое время, в годы Руины, когда эпоха Сагайдачного воспринималась как золотой век казачества.
Это восприятие было совершенно справедливым: под руководством Сагайдачного Сечь превратилась в прекрасно вооруженное и хорошо организованное войско, численность казаков выросла в десять раз, король готов был умолять их, чтобы они шли под Хотин, а царь Московский обязан был им сохранением престола - Москву в 1618 не взяли только потому, что гетман не захотел.
Но атаманов старого типа - своевольных, недальновидных, не считающихся с людскими потерями - Сагайдачный и его соратники, Жмайло и Дорошенко-старший, безжалостно берут к ногтю. Для атаманов и гетманов нового типа - Сагадачного и преемников - Сечь делается инструментом политического влияния. Дорошенко-старший выводит в море тысячные армады "чаек" и лезет разруливать династические свары Гиреев - это вам не баран чихнул.
Складывается новый тип казачьего атамана - выходца из казацкой либо мелкошляхетской среды, получивший образование как минимум во Львове или в Киево-Могилянской академии, а военную науку освоивший либо на Сечи, либо в коронных войсках. Цель такого человека - добиться политического влияния в Республике и стяжать шляхетские привилегии.
И вот в противовес этому новому типу складывается фольклорный казачий атаман, черты которого народ приписывает и любимым гетманам новой формации - тому же Сагайдачному, Дорошенко, Хмельницкому, Богуну. И Сирко этот фольклорный тип, который к его времени уже сложился, воспроизводит. Почему, потому что со временем гетманы и атаманы нового типа начинают опираться уже не на Сечь, а на реестр. Сечь им скорее мешает, потому что сечевики хотят в реестр, а реестр "не резиновый". А Сирко не входит в сложившуюся корпорацию казацких старшин. За ним никого нет, он вынужден опираться на Сечь.
Я не думаю, что так уж он был неграмотен - неграмотного не поставили бы во главе экспедиционного корпуса, отправленного во Францию. Но почему-то он в среду этих "новых украинских" не вписывался.
no subject
no subject
Козаки Сагайдачного виконували там лише допоміжну функцію, основну роль грала угорська і німецька піхота і шляхтичі на чолі з Новодворським із його петардами для підриву Арбатської і Тверської брам.